Минерал Шоу

По Бажовским местам

Уральский сказитель

Павел Петрович Бажов родился в 1879 г. в уральском рабочем поселке, ныне г. Сысерть (недалеко от Екатеринбурга) в семье заводского мастера металлургического завода. В семье его очень любили и баловали, даже за шалости никогда не наказывали. Павел был в семье единственным сыном, поэтому когда пришло время учиться, родители не пожалели денег и отдали его учиться в платную трехлетнюю земскую школу.

Здесь учитель заметил способного и смекалистого и посоветовал родителям учить сына дальше. Так он оказался в духовном училище г. Екатеринбурга, а затем, закончив его в 14 лет, поступил в Пермскую духовную семинарию, где обучался еще 6 лет. После ее окончания Павел должен был стать священником, но решил отказаться от этого и стал учителем. Почти 15 лет он преподавал русский язык и литературу. Он много путешествовал по Уралу, интересуясь историей родного края. Ему нравились старые уральские сказы, легенды, богатейший язык уральцев. Все это он собирал и записывал.

Первые свои сказы он написал еще в 1936 г., а первая и самая его известная книга "Малахитовая шкатулка" вышла в 1939 году, когда Бажову было уже 60 лет. Сборник "Малахитовая шкатулка" объединил 14 произведений. Затем, из года в год, "Малахитовая шкатулка" пополнялась все новыми сказами, а всего было написано 56 произведений. Главной темой бажовских рассказов стало мастерство и рабочий характер тружеников Урала.

П.П.Бажов в своих сказах открыл миру уральский быт, легенды и язык народа. В его сказах жизнь и работа уральских мастеров: гранильщиков, камнерезов, старателей переплетается с вымышленными, фантастическими героями: Хозяйкой медной горы, Полозом, Огневушкой - поскакушкой и другими сказочными героями.
 

Светлый град Сысерть

 …Мира не узнаешь, не зная края своего.
П.П. Бажов
 
Небольшой Уральский городок Сысерть - родина знаменитого сказочника Павла Петровича Бажова, который родился здесь в 1879 году. Город находится в 50 км к югу от Екатеринбурга, расположен в долине реки Сысерть у подножия горы Бесенковой. Город плотным кольцом окружают вековые сосновые боры и омывают чистые пруды.

Прошлое, настоящее и будущее города Сысерти связано с именем Павла Петровича Бажова, любившего беззаветно свою родину, ее природу. 

Образ родной ему Сысерти, запечатлен во многих сказах, очерках и повестях. В своем сказе «Кошачьи уши» П.П. Бажов знакомит нас с Сысертью:
«Сысерть-то светлее всех жила. Она, вишь, на дороге пришлась в казачью сторону. Народ туда-сюда проходил и проезжал».

К бажовским местам в Сысерти, помимо дома-усадьбы родителей, относятся комплекс зданий старого завода, крутобокая Бесенкова гора, собор Симеона и Анны, где крестили мальчика, и начальная школа на улице Бажова, где будущий писатель учился.

Первое поселение, положившее начало современному городу, было основано в 1732 году, в связи со строительством "на государственной порожней земле при реке Сысерти" казенного металлургического (чугуноплавильного и железоделательного) завода. Сырьем для работы завода послужила железная руда, найденная на реке Сысерти крестьянами Арамильской слободы еще в 1680 году. В то время они делали из нее железо "в малых печах".

Намеченное В.И. Генниным строительство нового завода на р. Сысерти было предопределено природными условиями. В одном из своих донесений В.И. Генин писал: «…обрел к югу удобное место от Екатеринбурга на юг в расстоянии 38  ½ верст, сошлись две речки, одна Сысерть, а другая Черная…около которых лесов сосновых и березовых и прочих руд имеется довольно».

За короткое уральское лето перегородили р. Сысерть плотиной. Строительство плотины и создание водохранилища опережало возведение самого завода. Сысертскачя плотина одна из самых крупных и уникальных на Урале. Ее длина составляет 130 м, ширина 37 м, высота насыпи 28 м. Строительство завода завершилось в 1733 году.

Сысертский завод, последнее детище Георга Вильгельма де Генина, составил ядро будущего горного округа.
 В 1757 году указом Сената, сысертские заводы были переданы «благородному господину, титулярному советнику Алексею Федоровичу Турчанинову в вечное потомственное владение с приписными крестьянами, лесами и землями на определенных кондициях». В течение десяти лет Турчанинов должен был выплатить казне 145 685 рублей. А.Ф. Турчанинов был одним из первых русских купцов, кому государственная казна продала уральские заводы. А.Ф. Турчанинов провел полную реконструкцию заводов и добился того, что производство металла значительно увеличилось.

Уральский металл казенных и частных заводов имел свое клеймо. На изделиях сысертских заводов ставилось клеймо «цапля». П.П. Бажов писал, что от стариков слыхал, что такое название клейму дал Турчанинов  первый заводчик  с умыслом, с хитрецой. Клеймо «цапля» просуществовало до 1917 года, более ста пятидесяти лет.

Гранильная фабрика для обработки ювелирных и каменных изделий из малахита, змеевика, мрамора была построена в 1759 году. Начались поиски драгоценных камней. В течение десяти лет в округе были открыты месторождения черных, синих, зеленых и желтых турмалинов, сапфиров, рубинов, хрусталя, аметистов, сердоликов с агатами.

В 1805 году на р. Сысерти в том месте, где в нее впадает первая речка по дороге на Верхнюю Сысерть начали добывать золото. Месторождение из россыпей давало самое богатое золото. Встречались самородки весом до 10 кг.

Тальков камень

Одной из достопримечательностей Сысерти является озеро Тальков Камень. Вокруг этого старинного, затопленного водой, карьера вот уже почти целое столетие ходят легенды о несметных сокровищах, спрятанных на его дне. 

Озеро Тальков Камень расположено в западном направлении от центра города (4-5 км) в отрогах Черновского увала. Это не настоящее озеро, рожденное природой, а заброшенный и затопленный грунтовыми и атмосферными водами старый тальковый рудник, и его правильнее было бы считать прудом. 

Добыча талькового сланца проводилась здесь в последних десятилетиях прошлого века. Тальк служил огнеупорным материалом на металлургических заводах бывшего Сысертского горного округа. Работы велись вручную, открытым способом. К 1905 году здесь образовался глубокий карьер, на дне которого стали просачиваться грунтовые воды. Поэтому добычу талька пришлось остановить. В первые годы советской власти разработка талька иногда возобновлялась. В 1927 году было открыто новое крупное месторождение талькового сланца - Шабровское, и добыча талька под Сысертью окончательно прекратилась. Постепенно карьер наполнился водой и превратился в водоем.

С этого времени вокруг Талькового Камня поползли разные слухи и легенды. Сторож, охранявший оставленное здесь оборудование как-то увидел «белую женщину» выходящую из обрушенной штольни пробитой в борту карьера. Напуганный до полусмерти старик прибежал в Сысерь, и его душераздирающие рассказы послужили поводом для признания таинственного карьера метом нечистым и нежелательным для посещения. В годы революций дурной славой Талькового камня воспользовались рабочие Сысертского завода. Здесь они устраивали свои сходки, готовились к предстоящим классовым боям и даже прятали оружие.

История о несметных сокровищах Талькового камня началась во времена Гражданской войны. Последний владелец Сысертских заводов, известный на Урале меценат и общественный деятель Дмитрий Павлович Соломирский, заметно выделялся среди основной массы уральских промышленников, своей образованностью, щедростью, страстью к искусствам и науке. За свою жизнь он собрал несколько уникальных коллекций, наиболее ценной из которых была коллекция фарфора, которая насчитывала сотни изделий, включая старинные севские и саксонские сервизы, виноградовские вазы, гарднеровские блюда с портретами героев войны 1812 года. Было в собрании Соломирского и много уникальных изделий из Японии и Китая.

В июле 1919 года под напором частей Красной Армии из Сысерти началось спешное отступление белогвардейцев. Вместе с ними на восток уходили все, кто не желал жить при Советской власти. На долю управляющего Сысертскими заводами А.М.Мокроносова выпало нелегкое решение судьбы имущества Соломирского, хранящегося в его сысертском доме. И по слухам, именно в затопленном карьере Талькового Камня была затоплена ценная коллекция.

Озеро Тальков Камень имеет неправильные очертания; наибольшая длина озера по диагонали достигает 60-70 м. Зеленовато-белые берега,  в верхней части покрытые редким сосновым лесом, образуют высокие, до 20-30 м, отвесные уступы. В ясный солнечный день стены карьера сверкают яркими бликами зеленоватого талька, отражаясь в зеленовато-серых водах озера. К вечеру, когда солнце скрывается за горизонтом, или в пасмурный день, все кругом мрачнеет, светло-зеленый тальк становится темно-зеленым, почти черным, отражения в воде - неясными, расплывчатыми.

По берегам озера можно собрать разнообразную коллекцию горных пород и минералов: благородного талька бело-зеленого цвета, тальковых зеленоватых сланцев с кристалликами более темного доломита, зеленых хлоритовых сланцев с кристаллами кварца. 

Малахитовая кладовая

Полевской район издавна интересовал многих исследователей. Его богатства привлекали известных географов, геологов и путешественников.

В Полевском районе, как и вообще на Урале, открыты сотни полезных ископаемых и минералов: от железных руд с различным содержанием железа до разнообразных видов поделочных камней и самоцветов, имеющих большую редкость в природе.

В сказе «Далевое глядельце» Бажов писал: «Сказывали наши старики, что в здешних горах глядельце есть. Там все пласты сходятся. А далевым оно потому зовется, что каждый пласт, будь то железная руда али золото, уголь али медь, дикарь-камень али дорогой самоцвет, насквозь видно на многие версты. Глядельце это не снаружи, а в самой горе. Добраться до него человеку нельзя, а видеть можно».

По сказам, именно в этих местах и повстречал полевской рудокоп Малахитницу. О том, как и где это было, Бажов рассказал нам в своем сказе «Медной горы Хозяйка».
«Пошли раз двое наших заводских траву смотреть. А покосы у них дальние были. За Северушкой где-то...В лесу-то хорошо. Пташки поют-радуются, от земли воспарение, дух легкий. Их, слышь-ко, и разморило. Дошли до Красногорского рудника. Там тогда железну руду добывали. Легли, значит, наши-то на травку под рябиной да сразу уснули. Только вдруг молодой,  ровно его кто под бок толкнул,  проснулся. Глядит, а перед ним на грудке руды у большого камня женщина какая-то сидит...Мать ты моя, да ведь это сама Хозяйка!»

Хозяйка Медной Горы считалась покровительницей уральских рудокопов.

Она же была хранительницей малахита. Так и называли ее иногда  Малахитница. Перед людьми она выступала в образе сказочно богатой женщины с зелеными глазами, одетой в роскошное малахитовое платье, с изящной диадемой-кокошником, изукрашенной малахитом и драгоценными камнями. Ее чертоги украшали малахит, алмазы и цветы самородной меди.

Это во владения Хозяйки Медной Горы опускались шахты. Это в ее царстве ветвились коридоры штолен и штреков, в темных лабиринтах которых при свете сальных свечей сновала армия полуголых, потных, изможденных людей. 

Что могла сделать Хозяйка для рудокопа?  Обрушить свод на голову зарвавшегося приказчика, пугнуть треском осевшей крепи…

Но могла и обрадовать, ошеломить того, кто люб ей: раздвинуть глинистую грязь рудной массы и явить глазу нестерпимо чистую, звонкую, весеннюю зелень малахита. Именно вниманием и состраданием Малахитницы объясняли рудокопы каждую встречу с малахитом. Пропал малахит - значит, рассердилась Хозяйка. А пропадал он также неожиданно , как и появлялся. Встреча с ним всегда была непредсказуема. Так и пошло по Уралу предание, что за великую доброту, душевную чистоту и честность одаривает Малахитница драгоценным своим камнем…

В сказах Бажова  самое дорогое место во владениях Хозяйки Медной горы это знаменитое  Гумешевское месторождение. 

В 1702 году крестьянину Бабенкову с товарищами удалось найти на Гумешках медную руду, по метам древних выработок.  

Медная гора (Гумешки) раскрыла свои богатства во второй половине XVIII века. Всемирную известность Гумешевский рудник приобрел из-за замечательного камня зеленого цвета - малахита, встречавшегося здесь в невиданных количествах. 

Первое известное нам письменное свидетельство о гумешевском малахите относится к 1747 году, когда под именем медной зелени он уже добывался в Гумешевском руднике.. Первое же свидетельство о поделочном малахите относится к 1761 году и принадлежит французскому ученому Шаппу  Д’Отерошу. Однако несомненно , что камень был известен раньше. 

Гумешевский малахит первым вошел в русскую камнерезную культуру как ценный поделочный камень. Особенно прославилось месторождение находкой уникальной, изумительной по красоте рисунка глыбы малахита весом 170 пудов,  хранящейся  в Горном музее Ленинградского горного института. Добытая в 1775 году, она в 1789 году была подарена владельцами рудника императрице Екатерине II. Образец этот поныне остается самым большим в мире штуфом малахита. Образцы руд и минералов Гумешевского месторождения украшают все минералогические коллекции крупнейших музеев мира.

Нельзя не упомянуть еще об одной достопримечательности  Полевского - о Думной  горе. 

Думная гора - это исторический, археологический и литературный памятник. В древности на горе находилось медеплавильное производство. На самой вершине  располагались плавильные печи, окруженные земляным валом с невысокой деревянной стеной на нем. Здесь плавили медь, изготавливали разнообразные изделия из меди, прежде всего наконечники стрел. Наконечников было так много, что в XVIII веке Полевской завод некоторое время работал, используя медные наконечники стрел, собранные с поверхности Думной горы. 

На вершине Думной горы, у старой сторожки с «невысоким помостом да звонким колоколом», маленький Павел Бажов слушал бывальщины легендарного дедушки Слышко.
«...У караулки на Думной горе хорошо...Радует глаз круглая, будто переполненная, чаша Полевского пруда и уходящая вдаль широкая река - Северский пруд... В той стороне, где теперь высятся многочисленные корпуса криолитового завода и соцгородка, было видно лишь серое, чуть всхолмленное поле старого Гумешевского рудника... Зато там, за Гумешевским рудником и заводским поселком, насколько глаз мог охватить, однообразная, но красивая лесная картина - темно-синие волны густого хвойного бора. Седловатая волна выше других - Азов-гора».

Тайны Азов-Горы

Гора Азов - самое высокое место в окрестностях города Полевского (588 м над уровнем моря). 

Гора издавна  служила  своеобразным ориентиром для путников. Приметная гора была видна издали, поэтому у ее подножия проходила дорога из Кунгура в Сибирь. Вершина Азов-горы увенчана мощными скалами с отвесными стенами, откуда открывается красивый вид на лесистые просторы. Название горы произошло от тюркского азау - «коренной зуб». 

Азов-гора неоднократно упоминается в сказах П. П. Бажова, тайну её сокровищ окутывает множество легенд. В сказе «Кошачьи уши» речь идет о пугачевском движении на Урале. 

По народным преданиям, местами укрытия, обитания ватаг и одновременно сигнальными пунктами повстанцев были Азов-гора и Думная гора. По большой дороге на Сибирь шло много «беглых», которые, «сбившись в ватаги», становились «вольными людьми». Эти «вольные люди» нередко нападали на «воеводские пересылки и на купеческие обозы» (П.П.Бажов).

Большая часть легенд об Азов-горе повторяет вечный сюжет про разбойничий клад. «Жил на этой горе и в пещере скрывался разбойник Азов. Вот было у них безвыходное положение, всем уходить надо из этих мест. А в пещере много награбленного хранилось, его с собой не возьмешь. Вот и решили они вход в пещеру закласть. Ну, заложили пещеру, а Азов и спрашивает у разбойников: «Кто желает остаться здесь при кладе?» Один и вызвался. Азов его пристрелил, чтоб никто про клад не узнал и кости чтоб его этот клад караулили...»)

Еще говорили старые люди, что гора называется Азов, потому что живет на ней в глубокой пещере девка Азовка. Скучно ей там одной, но людям на глаза она не любит показываться, если и показывается, то редко. Но чтобы знали люди, что она жива, каждый вечер, как стемнеет, зажигает она на самой вершине горы огонек. Многие люди видeли этот огонек, девку искали, но не нашли. «Азов-то гора не простая. Богатства в ней много,да достать трудно. Было здесь имечко заклянено: кто его назовет - тому гора и откроется. Угадать надо было имечко это. Тогда было бы счастье. Это девки Азовки имечко».

До сих пор говорят, что люди, оставшиеся один на один с горой, слышат, будто внутри кто-то поет или плачет и стонет; видят огонь (свечу, костер) на вершине, только если подойдешь поближе, окажется, что никакого огня нет... До сих пор ищут место, где находился вход в пещеру, вспоминают людей, которые будто бы туда заходили, но не разглядели ничего: ветер подул, свеча погасла, а потом вход в пещеру засыпало землей и завалило камнями.

Азов-гора остается местом притягательным, люди ездят туда постоянно, хотя одна только дорога к горе - по окраинам заводского города, мимо старой домны, по плотине, по пустырю, вдоль долгой, неподвижной, мертвой воды - должна начисто развеять веру в какие-нибудь чудеса... Но они живут...

Геологи, старатели и просто туристы, побывавшие в на Азов-горе, говорят, что есть в ней какая-то загадка. Вряд ли найдется человек, у которого здесь не произошло что-нибудь мистическое. Романтично настроенные натуры объясняют это тем, что в этих местах мир подземный встречается с поверхностным. 

По заколдованным местам...

В трех километрах от суровой и величавой горы Азов,  воспетой в сказах П.П.Бажова раскинулся поселок Зюзельский, или Зюзелка, как его называют жители. Улицы сбегают с горок выcотой 300-400 метров в понижения. В километре к северу от Зюзелки красуется гора Веселая, названная так жителями за свой нрав, заражающий людей весельем. С юга поселок окаймляет речка Железянка, а с севера - речка Зюзелька. 

В лесах вокруг Зюзельского повсюду видны следы человеческой деятельности.

Старожилы подтверждают, что повсюду мыли золото, были шурфы и на нынешних улицах Октябрьской и Первомайской (на горах). Уже в 1903 году на речке Железянке работало около 100 золотопромывальных станков. 

А раньше кругом простирался дремучий лес, и как описывает в сказах П.П.Бажов "места были глухие, тайга, кругом топи, ни дорог, ни тропинок. Отыщет старатель богатую жилку, заприметит местность, "знаки" какие надо оставит. Назавтра пришел - на примет, ни знаков. Будто все в колодец провалилось. Так и звали эти богатые, но заколдованные места - Синюшкин колодец". 

Места эти прозывались Зюзельским болотцем. И вправду они заколдованные, коли до сих пор и водят, и крутят по лесу даже бывалых людей. А Синюшка здесь и поныне хозяйничает.

« … Вот Илья и пошел серединой, меж взгорочков-то. Шел-шел, видит  на полянке окошко круглое, а в нем вода, как в ключе, только дна не видно. Вода будто чистая, только сверху синенькой тенеткой подернулась и посредине паучок сидит, тоже синий. Илюха обрадовался воде, отпахнул рукой тенетку и хотел напиться. Тут у него голову и обнесло,  чуть в воду не сунулся и сразу спать захотел.
“Вишь,  думает,  как притомило меня болото. Отдохнуть, видно, надо часок”.

Хотел на ноги подняться, а не может. Отполз все ж таки сажени две ко взгорочку, шапку под голову да и растянулся. Глядит,  а из того водяного окошка старушонка вышла. Ростом не больше трех четвертей. Платьишко на ней синее, платок на голове синий и сама вся синехонька, да такая тощая, что вот подует ветерок  и разнесет старушонку. Однако глаза у ней молодые, синие, да такие большие, будто им тут вовсе и не место.»

Старожилы зюзельские указывают на разные места, где находился ее колодец: то он на том самом месте был, где шахта, а то на покосах под Азов-горой, а то на болотах восточной окраины поселка. 

Вот на этом-то самом месте и появился Зюзельский рудник. По-разному жители объясняют происхождение поселка. Якобы здесь стояла избушка старателя Зюзева, первооткрывателя прииска. Другая версия связывает название поселка со словом "зюзя" - грязь, болотистое место. Совсем недавно появилась еще одна версия, что поселение это называлось Зюзелка, что в переводе с башкирского означает "место водопоя коней". Даже в болоте вода была чистой. А потому и назвали речку Зюзелка. 

В 1902 году на месте нынешнего рудника было обнаружено месторождение железной руды, что и послужило началом основания поселения Зюзелка. Бурый железняк находили и по течению реки, названной впоследствии Железенкой. 

В 1903 году инженер-механик Полевского криолитового завода Гофман обнаружил серно-медные колчеданы. 

С 1911 по 1917 гг. на руднике хозяйничали англичане. Тогда верхний слой породы с месторождения вывозили на отвалы, не подозревая, что в нем много золота. Английская концессия "Лена Голдфилдс Лимитед", под управлением которой рудник находился с 1925 по 1930 гг, стала бесплатно вывозить эту руду за границу. Условия труда рабочих были очень тяжелыми. Почти все работы велись вручную. 

В 1938 г. началась проходка шахты "Капитальная". Зюзельский колчедан высоко ценился на рынке. Серно-колчеданный рудник стал сырьевой базой Полевского серно-кислотного завода.

Полдневская сторона

Деревня Полдневая возникла в 1735 году как крепость для защиты горных заводов от набегов бесконечно бунтовавших "башкирцев". 

Бажов писал: "Известно, например, что Полдневая, бывшая когда-то крепостцой против башкирских набегов, была населена мастеровыми Турчанинова". Название "Полдневая" означает "южная" (другой исток Чусовой  Западная Чусовая). Но народная этимология утверждает, что деревня названа Полдневой потому, что в полдень солнце стоит над её главной улицей. Вокруг Полдневой в старину располагались рудники, золотые прииски и прииски, где добывали знаменитые самоцветы "кразелиты"  хризолиты. 

М. Никулина приводит местное предание конца XIX века: "Два старика полдневских натакались на хризолиты, намыли два мешочка небольших, повезли в Екатеринбург продавать ли, сдавать ли, а их не берут. Ну, они приехали да и бросили камешки в воду. Что с них толку!" Именно здесь, на крошечных речках Бобровке и Хризолитке, вьюжной зимою дедушка Кокованя, девочка Дарёнка и кошка Мурёнка увидели на крыше своего балаганчика козлика Серебряное Копытце.

«…Глядит Дарёнка  кошка близко на покосном ложке сидит, а перед ней козёл. Стоит, ножку поднял, а на ней серебряное копытце блестит.

К этой поре как раз Кокованя и вернулся. Узнать своего балагана не может. Весь он как ворох дорогих камней стал. Так и горит-переливается разными огнями. Наверху козёл стоит  и всё бьёт да бьёт серебряным копытцем, а камни сыплются да сыплются.

… А по тем покосным ложкам, где козёл скакал, люди камешки находить стали. Зелёненькие большие. Хризолитами называются. Видали?».

Полдневское россыпное месторождение демантоидов было открыто на Бобровке отцом и сыном Калугиными в 1874. Именно тогда горщики неправильно назвали камень «хризолитом», под которым скрывался изумрудно-зеленый демантоид,  разновидность граната. И еще долгое время этот самоцвет в России и Европе был известен под  именем «уральский хризолит». 

В своем сказе «Золотоцветень горы» П. Бажов писал: «Он и зеленый и золотистый. Веселый камешек. В сырце, и то любо подержать такой на руке. Так весной да солнышком от него и отдает. Мы эти камешки золотоцветняками зовем. Только эти камешки мелконькие…»

Демантоид отличается своим "алмазным" блеском - отсюда и его название (от нем. Demant - алмаз). В царской России он был одним из самых дорогих ювелирных камней.

В 8 километрах от Полдневой находится поселок Кладовка. Раньше здесь же находился и Поскакушинский золотой прииск, от которого ныне остался только пруд. С прииском Поскакушинским, где «золото редькой было посажено», связан один из «полдневских» сказов П.П.Бажова  «Огневушка-Поскакушка».

«…Вдруг из самой серединки вынырнула девчоночка махонька. Вроде кукленки, а живая. Волосенки рыженькие, сарафанчик голубенький и в руке платочек, тоже сголуба…
 …Поглядела девчонка веселыми глазками, блеснула зубенками, подбоченилась, платочком махнула и пошла плясать…
…  Слыхал, дескать, от стариков, что есть такой знак на золото  вроде маленькой девчонки, которая пляшет. Где такая Поскакушка покажется, там и золото. 
Только вот забыл, в котором месте ту редьку искать: то ли где Поскакушка вынырнет, то ли где она в землю уйдет…».

По следам великого полоза

Село Косой брод живописно раскинулось по берегам реки Чусовой, в пяти километрах от города Полевского.

В 1723 году по распоряжению Главного начальника Уральских и Сибирских горных заводов В.И. Генина было построено укрепление, именованное Кособродской крепостью. Крепость служила для охраны рудников и перевозчиков. Свое название она получила от единственного в округе брода через глубоководную реку Чусовую, именуемого Косой. Двумя годами позже вблизи был открыт железный рудник, а оборонительное поселение на Чусовой стало разрастаться.  В 1770 году крепость была разрушена за ненадобностью, превратившись в обычное селение.

Но не железо, не мрамор прославили Косой Брод… а золото!

В начале XIX века в притоках и логах Чусовой старатели наткнулись на богатые россыпи. Именно как золотоискательское село представлен Косой Брод в сказе П.П. Бажова «Жабреев ходок».
 «В Косом-то Броду, на котором месте школа стоит, пустырь был. 

Жил тут старатель один, Никита Жабрей прозывался… Этот Жабрей в одиночку больше старался, места новые искал и, случалось, находил. Придет тогда в деревню и сам скажет:  Вот, мужики, там-то попадать золотишко стало. И, верно, стараться можно…»

Золотоносные окрестности Косого Брода описаны в сказах «Про великого полоза» и «Змеиный след»

… И вот подходят к огню двое. Один-то Семеныч, а другой с ним незнакомый какой-то и одет не по-нашенски. Кафтан это на ем, штаны - все желтое, из золотой, слышь ко, поповской парчи, а поверх кафтана широкий пояс с узорами и кистями, также из парчи, только с зеленью. Шапка желтая, а справа и слева красные зазорины, и сапожки тоже красные. Лицо желтое, в окладистой бороде, а борода вся в тугие кольца завилась. Так и видно, не разогнешь их. Только глаза зеленые и светят, как у кошки. А смотрят по-хорошему, ласково. Мужик такого же росту, как Семеныч, и не толстый, а видать, грузный. На котором месте стал, под ногами у него земля вдавилась…

… - Это есть Великий Полоз. Все золото в его власти. Где он пройдет - туда оно и подбежит. А ходить он может и по земле и под землей, как ему надо, и места может окружить, сколько хочет. Оттого вот и бывает - найдут, например, люди хорошую жилку, и случится у них какой обман, либо драка, а то и смертоубийство, и жилка потеряется. Это, значит, Полоз побывал тут и отвел золото. А то вот еще... Найдут старатели хорошее, россыпное золото, ну, и питаются. А контора вдруг объявит - уходите, мол, за казну это место берем, сами добывать будем. Навезут это машин, народу нагонят, а золота-то и нету. И вглубь бьют и во все стороны лезут - нету, будто вовсе не бывало. Это Полоз окружил все то место да пролежал так-то ночку, золото и стянулось все по его-то кольцу. Попробуй, найди, где он лежал…

К северу от села Косой Брод расположен Денисовской золотой прииск. Именно на этом прииске был обнаружен уникальный  золотой самородок “Лосиное ухо”.

А история находки такова. В декабре 1935 года артель Ильи Семеновича Пальцева отправилась на старую заимку его деда. Пробили шурф глубиной 4 метра, и кайло Ильи стукнулось обо что-то мягкое. Вытащил он камень на поверхность, и все ахнули. Это был самородок золота весом 13 килограммов 776 граммов, похожий по форме на лосиное ухо. Так его и назвали - "лосиное ухо". Самородок этот является третьим по величине, найденным в России до сих пор и хранится в Алмазном Фонде в Кремле. На Урале с него было сделано три слепка. Два хранятся в краеведческих музеях г. Екатеринбурга и г. Полевского, а третий хранил Федор Иванович Зюзев - старатель, знавший артельщиков из артели.

У мраморских кустарей

В 1738 году в восьми верстах от Кособродской крепости были открыты большие запасы белоснежного мрамора,  и в этом же году,  с началом разработки месторождения,  возникло поселение  Мраморский Завод. 

Мраморские камнерезы, стали героями многих бажовских сказов.

В своем очерке «У мраморских кустарей» Бажов писал: 

«Только один из заводов имеет свой особенный вид. Это Мраморский. Здесь все не так, как на других заводах. Своя жизнь, не похожая ни на заводскую, ни на деревенскую…

Яркий румянец на восковом лице и «тряпишное барахло» соблазнили не одного парня приехать за невестой на Мраморский завод…

Ну, а про Мраморских дело известное. Краше тамошних девок по нашему краю нет, а женись на такой  овдовеешь. С малых лет около камня бьются  чахотка у них…»

"Население поселка занималось исключительно камнерезным делом, главным образом, обработкой мрамора, змеевика, яшмы. Первоначально обработка камня производилась вручную на месте. Позднее для этих целей была построена вододействующая фабрика при Северском заводе. В 1758 году она была продана Турчанинову, поэтому в 1768 году на свободных землях в четырех верстах от каменоломни казна ставит новую "пильню". 

В 1810 году в Мраморском начинает действовать фабрика по выделке художественных изделий. С того времени предприятие стало называться Горнощитским мраморным заводом. Но название это не прижилось. В народе завод продолжал именоваться Мраморским, а селение при нем Мрамором. В 1858 году завод ввиду истощения разведанных запасов сырья и "за безысходностью" был закрыт. Населению, наделенному землей, предписывалось заниматься хлебопашеством. Но мастеровые продолжали заниматься обработкой камня. Нужда, невзыскательные вкусы заказчиков привели к вырождению промысла.

За два века завод изготовил тысячи изделий: мраморные вазы и чаши, памятники в Петербурге, Петергофе и Царском Селе. Оставили много памятников мраморские мастера и в своем селе. В центре его, в небольшом скверике, установлена мраморная колонна, увенчанная циферблатом. Это солнечные часы, сооруженные в 1773 г. Рядом, созданный по проекту мраморских умельцев из лучшего белого мрамора, памятник В.И.Ленину. 

На одной из улиц  обелиск в честь Первомая, а также памятники защитникам, погибщим в годы Гражданской и Великой Отечественной войн.

Современный мраморный карьер расположен в 6 км к северо-западу от завода и поселка. О приближении его говорят многотонные мраморные кубы, попадающиеся на глаза сразу за железнодорожным переездом. Посещение карьера оставляет сильное впечатление. Глубокий, выработанный уступами разрез оснащен современными камнерезными машинами, подъемными лебедками. Станции метро, подземные переходы, фойе театров, гостиниц  многих российских городов отделаны уральским мрамором.

У озера Иткуль

Есть еще один заповедный уголок Среднего Урала, с любовью описанный Бажовым в своих сказах. Это озеро И́ткуль, расположенное на севере Челябинской области, в 20 километрах от города Верхний уфалей. Это настоящее горное озеро, окруженное горами, самая высокая из которых - Карабайка (544м) на юго-западном берегу озера Иткуль, резко выделяющаяся среди соседних невысоких гор. Здесь же в озеро Иткуль впадает маленькая речка Карабайка. Название восходит к татаро-башкирскому карабай, дословно "черный бай (богач)". 

Само слово Иткуль, в древние времена звучало как "Иккуль", если произнести точнее, то "Ыййккуль", что в переводе означает священное озеро. Больше трех столетий на озере живут башкиры. А вообще люди облюбовали это озеро еще 7000 лет назад. На озере Иткуль обнаружены памятники археологии различных эпох, от неолита до раннего железного века. 

Озеро Иткуль описано Бажовым в сказах «Про Великого Полоза» и «Золотой Волос». 

В 18-19 веках жили легенды среди хитников и старателей, что золото уральское с Великим Полозом связано. 

«…Это есть Великий Полоз. Все золото его власти. Где он пройдет - туда оно и подбежит. А ходить он может и по земле, и под землей, как ему надо, и места может окружить, сколько хочет. Оттого вот и бывает - найдут, например, люди хорошую жилку, и случится у них какой обман, либо драка, а то и смертоубийство, и жилка потеряется. Это, значит, Полоз побывал тут и отвел золото. А то вот еще...

Найдут старатели хорошее, россыпное золото, ну, и питаются. А контора вдруг объявит - уходите, мол, за казну это место берем, сами добывать будем. Навезут это- машин, народу нагонят, а золота-то и нету. И вглубь бьют и во все стороны лезут - нету, будто вовсе не бывала. Это Полоз окружил все то место да пролежал так-то ночку, золото  и стянулось все по его-то кольцу. Попробуй, найди, где он лежал.»

И по сей день, местные жители верят в Великого Полоза и дочь его Айлып. На закате, сидя на берегу озера и любуясь золотом заходящего солнца, можно представить, как «великий полоз все озеро в три ряда огненными кольцами опоясал». 

А про золото на Иткуле Бажов сказывает, что «из золотой косы полозовой дочки его натянуло»

«..Речек старых и следа нет, а золото - есть. И все, слышь-ко, чешуйкой да ниточкой, а жужелкой либо крупным самородком вовсе нет….»      

В южной части озера расположена живописная скала-остров, которая имеет собственное имя Шайтан-Камень (тюрк. шайтан - "злой дух", "черт") .

Именно о нем пишет Павел Бажов в повести «Надпись на камне»:

«Иткуль  озеро на высоком местечке пришлось. Берега  песок да камень, а кругом сосна. Глядеть любо... И над всем этим густой настой горного соснового бора и неуловимая мелодия музыки вершин… высунувшаяся из воды серая громада Шайтан-камня в игре светотеней и блеске водной равнины кажется согретой. Как будто старый Шайтан только что окунулся каменным лицом в воду, по-стариковски добродушно усмехается и говорит:  Ай-яй, тепло. Старым костям хорошо....»

Про Шайтан-Камень ходят легенды. Одна из них гласит:

Жили на Иткуле мирные люди. Ловили рыбу, охотились, пасли табуны лошадей. Но появился злой дух, или шайтан. Начал пакостить: рвал сети и рыбу выпускал, в лесу бури устраивал, отчего зверь убегал, табуны гонял по всей округе, так что не собрать было. 

По-доброму договориться с ним не получалось, поэтому выставили они на бой со злым духом крепкого парня. Бились семь дней и семь ночей, пока не победил батыр шайтана. Бросил его на дно озера, оторвал от скалы кусок и придавил этим куском поверженного врага. 

По горнозаводскому Уралу

«Едва ли найдется другой такой уголок на земном шаре, 
где бы на таком сравнительно очень незначительном
пространстве природа с истинно 
безумной щедростью расточала свои дары».
Д.Н.Мамин-Сибиряк

Из всех городов Урала Павел Петрович Бажов больше всех интересовался Нижним Тагилом. Хорошо зная его историю, он предполагал, что там, в бывшем демидовском «горном гнезде», должны быть тайные рабочие сказы. «Тагил как тема уральской истории, по сути, является основным, ведущим пунктом в прошлое всего Урала», - говорил он.

Своим возникновением и дальнейшим развитием город обязан богатству Уральских гор. Уже в XV веке русские, жившие в этих местах, пытались добывать железо. В середине XVII века по поручению тобольского воеводы местные рудознатцы - Александр Томашов и его сыновья, Дмитрий и Иван - отправились на поиски магнитного железняка. Дойдя до реки Выя, они нашли гору, которая обладала удивительным свойством: копье, брошенное в гору, словно прирастало к ней. В 1671 г. Томашовы пробурили "две ямы, одна глубиною на сажень... другая под горою…". Взяв образцы руды, Томашовы отвезли их в Тобольск. А гора за свои свойства получила название Магнит (позже ее стали называть Высокая). 

Магнитная руда в недрах горы Высокой положила начало металлургическому производству. Рудник горы Высокой  старейший из железорудных предприятий Урала. В его истории отражены все этапы железорудной уральской промышленности.  

Осенью 1942 года П.П.Бажов вместе с профессором В.В.Данилевским поднимались на Лисью Горку, одну из главных украшений Нижнего Тагил. 
В.В.Данилевский в своих воспоминаниях так описывает эту прогулку:

«Безлюдье, темень на Лисьей горе резко контрастировали с распростершимся, куда ни глянь, огнедышащим заводским поясом. Казалось, мы плывем на облаке в ночной тиши, а вокруг кружится могучий звездный мир.  Тагильская симфония!  промолвил Бажов. И это поистине была огненная симфония. Как на круговую оборону, вышли и стали вокруг спящего города заводы. Багряное дыхание домен старого и нового заводов перекликалось с пурпурно-оранжевым заревом коксовых печей. Вспыхивали отсветы расплавленного металла. Ослепительно-зеленоватые огни электросварки трепетали и скрывались, чтобы через секунду своими остриями снова пронизывать тьму. Отблески ровного, почти солнечного света отражались от рудных карьеров. Стройными шеренгами мерцали,, переливались световые гроздья машиностроительных цехов. На железнодорожных путях искрились изумруды и рубины сигнальных огней…».

Не только высокогорская железная руда принесла славу здешней земле. Тагильские недра оказались безмерно богатыми медью, золотом и платиной. 

В 1833 году в Нижнем Тагиле, на меднорудянском месторождении был обнаружен малахит, а уже спустя два года после этого, мир узнал о находке монолита весом почти в три тысячи пудов.

Меднорудянский малахит не уступал воспетому П.П.Бажовым гумешевскому, а по запасам превосходил его. В тридцатые годы 19 века тагильским малахитом был отделан Малахитовый зал в Зимнем Дворце, а позже он поставлялся для строящегося Исаакиевского собора, где восемь десятиметровых малахитовых колонн и поныне украшают иконостас главного столичного храма. 

Нижний Тагил упоминается Бажовым, но отдельного сказа о тагильской земле не написано. Он сетовал, что «о железорудных месторождениях у меня, верно, нет ни одного сказа. По самой простой причине  не слыхал. Вероятно, потому, что железная руда у нас преимущественно разрабатывается вразнос, в открытую, на полном свету и без особых поисковых удач, и так же просто, как камень в каменоломнях».